Литературные имена / Library.Ru

главная • библиотекам • читателям • мир библиотек • infolook • виртуальная справка • читальный зал
новости • библиоnet • форум • конкурсы • биржа труда • регистрация • поиск по порталу

Читателям

Литературные имена

Сегодня в разделе Литературные имена обзоры сайтов, посвященных творчеству классиков и современников русской и зарубежной литературы, а также их отдельные произведения.

ИЮЛЬ
31 июля 1965 г. в Чиппинг Сотбери родилась Джоан Кэтлин Роулинг.
Дети, которые в жизни не прочли не то чтобы книги, но даже и надгробной надписи неграмотного пирата, принялись переворачивать страницы разве что не языком, требуя еще и еще. Библиотекари с ужасом для себя открыли, что фантастику не только выписывают тысячами и десятками тысяч, но и зачитывают, не возвращают обратно!

Классики

	Анненский Иннокентий Федорович Этого я не знаю. Но если бы я и знал, что такое поэзия (ты простишь мне, неясная тень, этот плагиат!), то не сумел бы выразить своего знания или, наконец, даже подобрав и сложив подходящие слова, все равно никем бы не был понят.
	Ахматова Анна Андреевна В то время я гостила на земле. Мне дали имя при крещенье – Анна, Сладчайшее для губ людских и слуха. Так дивно знала я земную радость И праздников считала не двенадцать, А столько, сколько было дней в году.
	Бабель Исаак Эммануилович Спал тревожно, несколько часов. Просыпаюсь, солнце, мухи, постель хорошая, еврейские розовые подушки, пух. Солдаты стучат костылями. Снова – дай, хозяйка. Жареное мясо, сахар из граненой стопочки, сидят развалясь, чубы свисают, одеты по-походному, красные штаны, папахи, обрубки ног висят молодцевато.
	Батюшков Константин Николаевич Ты хочешь меду, сын? – так жала не страшись; Венца победы? – смело к бою! Ты перлов жаждешь? – так спустись На дно, где крокодил зияет под водою.
	Блок Александр Александрович Стихи – это молитвы. Сначала вдохновенный поэт-апостол слагает ее в божественном экстазе. И все, чему он слагает ее, – в том кроется его настоящий бог. Диавол уносит его – и в нем находит он опрокинутого, искалеченного, – но все милее, – бога.
	Булгаков Михаил Афанасьевич Я прошу Советское Правительство принять во внимание, что я не политический деятель, а литератор, и что всю мою продукцию я отдал советской сцене. Я обращаюсь к гуманности советской власти и прошу меня, писателя, который не может быть полезен у себя, в отечестве, великодушно отпустить на свободу.
	Веневитинов Димитрий Владимирович Блажен, кому судьба вложила В уста высокий дар речей, Кому она сердца людей Волшебной силой покорила...
	Гаршин Всеволод Михайлович – Я не понимаю ваших мудреных лошадиных слов, да, признаться, и не гонюсь за ними, – сказала улитка. – Мне был бы лопух, а его довольно: вот уже я четыре дня ползу, а он все еще не кончается. А за этим лопухом есть еще лопух, а в том лопухе, наверно, сидит еще улитка.
	Гоголь Николай Васильевич Наилучшее дело можно превратить в грязь, если только им похвалишься и похвастаешь. А у нас, еще не сделавши дела, им хвастаются! Хвастаются будущим! Нет, по мне, уже лучше временное уныние и тоска от самого себя, чем самонадеянность в себе.
	Гончаров Иван Александрович Сказать ли правду: ведь совершенно порядочного человека, в обширном, полном смысле, никогда не было, да и вряд ли будет, как никогда не было совершенного мудреца, совершенно добродетельного человека.
	Грибоедов Александр Сергеевич Вот вам, как Ивану Царевичу, три пути: на одном лошадь ваша будет сыта, а вы голодны, – это наш полк; на другом и лошадь, коли она у вас есть, и сами вы умрете с голоду, – это стихотворство; а на третьем и вы, и лошадь ваша, и за вами еще куча людей и скотов будут сыты и жирны, – это статская служба.
	Гумилев Николай Степанович Вся красота, все священное значение звезд в том, что они бесконечно далеки от земли и ни с какими успехами авиации не станут ближе. Бедность воображения обнаружит тот, кто эволюцию личности будет представлять себе всегда в условиях времени и пространства.
	Державин Гаврила Романович Утешь поклоном горделивца, Уйми пощечиной сварливца, Засаль подмазкой скрып ворот, Заткни собаке хлебом рот...
	Достоевский Федор Михайлович В сущности, у нас каждый подозревает другого в глупости безо всякой задумчивости и безо всякого обратного вопроса на себя: «Да уж не я ли это глуп в самом деле?» Положение вседовольное, и, однако же, никто не доволен им, а все сердятся.
	Зощенко Михаил Михайлович Так вот стоим друг против дружки, и всего-то до нас пять шагов. Зрим друг друга глазами и ждем, кто побежит. И вдруг как задрожит германец, как обернется назад... Тут я в него и стрельнул.
	Иванов Георгий Владимирович В ветвях олеандровых трель соловья. Калитка захлопнулась с жалобным стуком. Луна закатилась за тучи. А я Кончаю земное хожденье по мукам. Хожденье по мукам, что видел во сне – С изгнаньем, любовью к тебе и грехами. Но я не забыл, что обещано мне Воскреснуть. Вернуться в Россию – стихами.
	Лесков Николай Семёнович Читаешь – и глазам своим не веришь, что это напечатано; думаешь – и не додумаешься, что за процесс происходил в голове человека, когда он все это слагал, исправлял, читал в корректуре и знал, что это писанье его прочтут люди, знакомые с приличиями, с законами форм литературных произведений...
	Мандельштам Осип Эмильевич Сколько бы я ни трудился, если бы я носил на спине лошадей, если бы крутил мельничьи жернова, все равно никогда я не стану трудящимся. Мой труд, в чем бы он ни выражался, воспринимается как озорство, как беззаконие, как случайность.
	Одоевский Владимир Федорович Судьба! – что это за дама? откуда она вышла? где живет она? любопытно было бы о том проведать. По свету бродит лишь ее имя, вроде того исполинского морского змея, о котором ежегодно писали в газетах, но который еще не потопил ни одного корабля и на днях обратился в смиренного моллюска.
	Платонов Андрей Платонович Я сердцем знаю, Что не истаю Я в этом мире, В зеленом пире...
	Толстой Алексей Константинович И грустно я так засыпаю, И в грезах неведомых сплю… Люблю ли тебя – я не знаю, Но кажется мне, что люблю!
	Толстой Лев Николаевич Знаю, что много, много людей, особенно из числа так называемых образованных, заглянув в это мое писание и поняв, о чем идет речь, только пожмут плечами, презрительно улыбнутся и не станут читать дальше.
	Фет Афанасий Афанасьевич Там наконец я всё, чего душа алкала, Ждала, надеялась, на склоне лет найду И с лона тихого земного идеала На лоно вечности с улыбкой перейду.
	Хармс Даниил Теперь моя забота создать правильный порядок. Я увлечен этим и только об этом и думаю. Я говорю об этом, пытаюсь это рассказать, описать, нарисовать, протанцевать, построить. Я творец мира, и это самое главное во мне.
	Черный Саша У людей так уж заведено – за все нужно платить. За виллу, за зонтик, за мясо, за булки, за ошейник… и даже, говорят, скоро на фоксов двойной налог будет.
	Чехов Антон Павлович Садитесь же поскорее, излагайте ваши глубокие, великолепные мысли, напишите целые три пуда и пошлите в какую-нибудь редакцию. Садитесь поскорей и пишите! Пишите и посылайте поскорей! И вам возвратят назад.
	Чуковский Корней Иванович Предо мною все время стоит моя судьба: с величайшим трудом, самоучка, из нищенской семьи вырвался я в Лондон – где столько книг, вещей, музеев, людей, и все проморгал, ничего не заметил, так как со мною была любимая женщина.
	Шварц Евгений Львович 19 мая 1953 год Когда я писал автопортрет, то забыл добавить, что приобрел способность находить равновесие в промежутке между двумя толчками землетрясения, и греться у спичек, и с благодарностью вспоминать отсутствие тревоги как счастье.
	Шергин Борис Викторович Развеселить может светлое слово доброго человека… Спастись от печали можно только в людях. Доспей себе близких… припаси себе людей. Не живи один, пусть с тобой люди живут, которым ты нужен.

Современники

	Абрамов Федор Александрович Единственное, что есть на свете, – это жить честно и помогать ближним. Выше этого ничего нет. К этому придут все мои герои.
	Акунин Борис Для сравнения: среднестатистический русский писатель создает по роману в 10 лет, а если по роману в 5 лет, то уже считается большим тружеником. В Японии же нормальный романист каждый год выпускает новую книгу.
	Алексин Анатолий Люди часто не верят, что за благополучием в человеческих отношениях не таится ничего, кроме благополучия. Счастье чужого дома вызывает у них подозрение. А иногда раздражение…
	Ахмадулина Белла Ахатовна Пятнадцать мальчиков, а может быть и больше, а может быть, и меньше, чем пятнадцать, испуганными голосами мне говорили: «Пойдем в кино или в музей изобразительных искусств». Я отвечала им примерно вот что: «Мне некогда».
	Белов Василий Иванович Дерзость везде нужна. Без дерзости человек не сможет ничего путного сделать. Он начинает стесняться, и даже мысли у него начинают путаться. Стесняться можно в быту. А в деле своем, если хочешь сделать что-то настоящее, если замахнулся на громадное, обязательно надо быть дерзким. Вот я и дерзил, как мог.
	Бродский Иосиф Александрович До свидания, стихи. В час добрый. Не боюсь за вас; есть средство вам перенести путь долгий: милые стихи, в вас сердце я свое вложил…
	Бухов Леонард Семёнович Фейербах. Послушайтесь моего совета, откажитесь! Оставьте ваши планы, прежде, чем произойдет катастрофа! Я не знаю есть ли у вас талант, вполне возможно, что какой-то талант у вас и есть – впрочем любой человек обладает определенным талантом, пока он молод.
	Володин Александр Моисеевич Дело в том, что жизнь поразительна. Например: земля – шар. Почему не куб? Буквально со всех сторон над нами устроено небо. Поразительно, что мы живем один раз. Почему не семь? Или – ни одного? Это было бы гораздо естественней.
	Галин Александр Вы знаете, я, когда раньше видел табличку «В порядке живой очереди», думал: неужели есть мертвая? Оказывается, есть! Мертвая – это, знаете, запись на бумаге. Но это ненадежно. Бумага вдруг может исчезнуть. Мертвая очередь производит клеймение на тыльной стороне ладони химическим карандашом.
	Галич Александр Аркадьевич Говорят, что где-то есть острова, Где четыре не всегда дважды два, Считай хоть до слепу – одна испарина, Лишь то, что по сердцу, лишь то и правильно. Вот какие есть на свете острова!
	Глазков Николай Иванович Я на мир взираю из под столика Век двадцатый – век необычайный Чем столетье интересней для историка Тем для современника печальней.
	Домбровский Юрий Осипович И вот таким я возвратился в мир, Который так причудливо раскрашен. Гляжу на вас, на тонких женщин ваших, На гениев в трактире, на трактир, На молчаливое седое зло, На мелкое добро грошовой сути, На то, как пьют, как заседают, крутят, И думаю: как мне не повезло!
	Ким Юлий Так что, братцы, нам обратно Ветер ходу не даёт. Остаётся нам, ребята, Только двигаться вперёд!..
	Коваль Юрий Иосифович Я думаю, что лучшими людьми, которых я встречал, были, конечно, художники… Иисус говорил, праведники – соль земли. Я, конечно, не смею поправлять Матфея, великого автора великого произведения, но так от себя бы добавил: художники и праведники – это соль земли.
	Корнилов Владимир Николаевич Грозных молний не мечи, Пей невкусный чай. Будь мужчиной и молчи. Тютчева читай.
	Левитанский Юрий Давыдович Собирались наскоро. Обнимались ласково. Пели, балагурили. Пили, да курили. День прошел, как не было, не поговорили.
	Олеша Юрий Карлович Я не знаю, где я родился. Я нигде не родился. Я вообще не родился. Я не я. Я не не. Не я не. Не, не, не. Я не родился в таком-то году. Не в году. Году в не. Годунов. Я не Годунов.
	Пелевин Виктор Россия недавнего прошлого как раз и была огромным сюрреалистическим монастырем, обитатели которого стояли не перед проблемой социального выживания, а перед лицом вечных духовных вопросов, заданных в уродливо-пародийной форме.
	Петровых Мария Сергеевна Мастерица виноватых взоров, Маленьких держательница плеч! Усмирен мужской опасный норов, Не звучит утопленница-речь. (Осип Мандельштам)
	Петрушевская Людмила Всю жизнь спала среди книг, прятала под подушкой, раскладывала по одеялу, по полу, у кровати. На стуле рядом. Ела среди книг, читая. Ехала с книгой, шла по улице, вперившись в страницу. Это сейчас интеллигентные родители стонут, что их дети перестали читать.
	Прокофьева Софья Я не могу взять тебя в мамы потому, что у меня уже есть моя любимая мама. Но ты всегда будешь моим самым большим другом. Лошадь подняла голову и побежала быстрее. Видно, у неё стало немного веселее на душе.
	Рыжова Елена Я лежу под землей, а по небу плывут облака. Сквозь меня прорастает трава и плакучие ивы, а тоска в моем сердце как птичий полет высока и такая внезапная, словно нахлынувший ливень.
	Самойлов Давид Самойлович Упущенных побед немало, Одержанных побед немного, Но если можно бы сначала Жизнь эту вымолить у бога, Хотелось бы, чтоб было снова Упущенных побед немало, Одержанных побед немного.
	Солянов Фред В тот же год в Пушкарской слободе у колокольных дел мастера Федора Дмитриевича Моторина родился сын, при крещении в церкви Спаса на Сретенке нарекли его Иваном. По тому случаю в Большой Успенский не звонили, однако, как и спеленутый царев сын Петр, Иван сын Федоров Моторин с младенчества наследовал у отца свое законное ремесло.
	Сорокин Владимир Достаточно писателей, которые пишут радужные вещи. Но что такое литература? Это разные блюда на разных столах. Каждый заходит и выбирает пищу соответственно своему культурному желудку. Кто-то хочет манной каши, а кто-то тайской кухни со жгучим перцем. Вот он-то и покупает меня.
	Тарковский Арсений Александрович И это снилось мне, и это снится мне, И это мне еще когда-нибудь приснится, И повторится все, и все довоплотится, И вам приснится все, что видел я во сне.
	Толстая Татьяна На меня давит бессмысленность. Если бессмысленность – то лучше стреляться. Это такое ощущение бессмысленности жизни, пустоты, тоски… – не лучше ли сразу заснуть и умереть. А всякая осмысленность есть освоение неизвестного мне божественного проекта.
	Турбина Ника Какая засуха в стихах! А хочется воды напиться... И расплескать её в строках... Какая засуха в душе! Что стало миражом живое Лицо твоё, И даже море Похоже на сухой песок... Такая засуха во всём, Что окружало нас с тобою! И вырваться нельзя на волю Не оживив умерших слов.
	Шукшин Василий Говорят: писатель должен так полно познать жизнь, как губка напитывается водой. В таком случае наши классики должны были в определенную пору своей жизни кричать: «Выжимайте меня!»

Зарубежные

	Байрон Джордж Гордон И мир и я друг друга не любили. Простимся ж мирно, – я не обуян Враждой. Я верю: где-то есть и были Слова – дела; надежды – не обман…
	Белль Генрих Слава – это тоже средство что-то сделать, чего-то добиться для других, причём это очень хороший инструмент.
	Борхес Хорхе Луис История раздвоилась: одну, уголовную, составляли тюрьмы, пытки, подкупы, похищения, убийства и поджоги; другую, театральную – бредни и сказки для баранов. Попытаться понять эту вторую, не менее отвратную, чем первая, – цель следующих ниже страниц.
	Виан Борис Хлопну дверью с утра я у смерти под носом. Пусть останется с носом! Мне – в дорогу пора.
	Гамсун Кнут Его натуре северного Барда Изменнически-верная Эдварда, Пленительная в смутности, ясна. А город ему кажется мещанкой, «С фантазиею, вскормленной овсянкой», Что в клетку навсегда заключена. (Игорь Северянин «Гамсун»)
	Гашек Ярослав Просматривая его биографию, видишь обыкновенную историю, непримечательное окружение, череду малых дел, а вот, поди ж ты, создал в итоге нечто. Грандиозное и на века. Как так случилось? Загадка…
	Голсуорси Джон В каждом человеке рассудок и чувства ведут между собой жестокую борьбу. Жизнь – доска, на которой качаются эти две силы, и ни один смертный не сидит на самой ее середине, ибо никто не выдержал бы нестерпимую скуку такой позиции. Наши суждения, поступки и мысли… – суть результат этой вечной борьбы, и если бы человек мог заглянуть достаточно глубоко в источник своего поведения – от чего, боже, упаси! – он бы удивился, обнаружив, сколь многое зависит от того, какие именно трюки он проделывает на этой большой качающейся трагикомической доске.
	Гольдони Карло Я выдумка поэта, но я жив. Я весел, быстр, умен и лжив. Ну, словом – я такой, каким быть нужно, Чтоб жить со всеми ласково и дружно.
	Дюма Александр Захватывающая кутерьма Трех мушкетеров, участь Монте-Кристья. Ты – рыцарство, ты – доблесть бескорыстья, Блистательнейший Александр Дюма. (Игорь Северянин)
	Корчак Януш Я заметил, что только глупые люди хотят, чтобы все были одинаковые. Кто умён, тот рад, что на свете есть день и ночь, лето и зима, молодые и старые, что есть и бабочки и птицы, и разного цвета цветы и глаза и что есть и девочки, и мальчики.
	Леклезио Жан-Мари Гюстав Мы больше не столь наивны, как в эпоху Сартра, чтобы считать, что роман может изменить жизнь. В наши дни писатели могут только констатировать свое политическое бессилие. Читая Сартра, Камю, Дос Пассоса или Стейнбека, видишь, что эти писатели верили в предназначение человека и во власть литературы. В наши дни мы больше не можем в это верить. Современная литература – литература безнадежности.
	Льюис Клайв Стейплз …порою мы попадаем в карман, в тупик мира – в училище, в полк, в контору, где нравы очень дурны. Одни вещи здесь считают обычными («все так делают»), другие – глупым донкихотством. Но, вынырнув оттуда, мы, к нашему ужасу, узнаем, что во внешнем мире «обычными вещами» гнушаются, а донкихотство входит в простую порядочность. То, что представлялось болезненной щепетильностью, оказывается признаком душевного здоровья.
	Мердок Айрис Какой момент надо считать решающим? Величие в том и состоит, чтобы определить его, определив же, удержать и растянуть. Но для большинства из нас промежуток между «О, я мечтаю о будущем» и «Ах, уже поздно, все в прошлом» так бесконечно мал, что в него невозможно протиснуться. И мы все время что-то упускаем, воображая, будто еще успеем к этому вернуться. Так губятся произведения искусства, так губятся и целые человеческие жизни оттого, что мы либо мешкаем, либо без оглядки несемся вперед.
	Мисима Юкио Сталь научила меня соотносить телесное с духовным. Так, вялые чувства начали у меня ассоциироваться со слабыми мускулами, сентиментальность – с обвисшим животом, чрезмерная чувствительность – с болезненной, бледной кожей. В то же время выпуклые бугры мышц сделались синонимом бойцовского духа, подтянутый живот – признаком холодной решимости, упругая кожа – свидетельством крепкой и здоровой натуры.
	Мицкевич Адам Впервые став рабом, клянусь, я рабству рад. Все мысли о тебе, но мыслям нет стесненья, Все сердце – для тебя, но сердцу нет мученья, Гляжу в глаза твои – и радостен мой взгляд.
	Роулинг Джоан Кэтлин Все люди хотят, чтобы их жизнь была удобной. Но первая из четырех великих истин Будды гласит: жизнь есть страдание. Мне очень нравятся эти слова. Потому что жизнь не обязана быть удобной. И в этом я нахожу успокоение – для себя и для всех, кто запутался в жизни. Вы найдете выход.
	Свифт Джонатан Когда на свет появляется истинный гений, то узнать его можно хотя бы потому, что все тупоголовые объединяются в борьбе против него.
	Уайльд Оскар Случайное освещение предметов в комнате, тон утреннего неба, запах, когда-то любимый вами и навеявший смутные воспоминания, строка забытого стихотворения, которое снова встретилось вам в книге, музыкальная фраза из пьесы, которую вы давно уже не играли, – вот от каких мелочей зависит течение нашей жизни.