Library.Ru {3.2} Отражения

главная библиотекам читателям мир библиотек infolook виртуальная справка читальный зал
новости библиоnet форум конкурсы биржа труда регистрация поиск по порталу


Мир библиотек Отражения Литература

 ЛИТЕРАТУРА

Михаель Пайнкофер. «Братство рун»
Михаель Пайнкофер. «Братство рун»

  Михаель ПАЙНКОФЕР. Братство рун

[отрывок]

В старинном зале царила абсолютная тишина. Это была наводящая священный трепет тишина прошедших столетий, которая нависла над библиотекой Драйбургского аббатства и охватывала каждого, кто переступал порог библиотеки.

Само аббатство давно не существовало, уже в 1544 году англичане под предводительством Сомерсета стерли с лица земли почтенные стены. Но все же мужественным монахам из премонстратенского ордена удалось спасти большую часть монастырской библиотеки и перенести в укромное место. Около ста лет назад книги снова обнаружили, и первый герцог Роксбургский, известный как покровитель культуры и искусства, позаботился о том, чтобы библиотека из Драйбурга нашла новое пристанище в местечке на окраине Келсо, в старинном, возведенном из обожженного кирпича амбаре, под высокой крышей которого отныне хранились бесчисленные фолианты, тома и свитки.

Здесь разместили собранные знания прошедших столетий: списки и переводы античных рукописей, пережившие темные времена, хроники и анналы Средневековья, в которых запечатлены деяния монархов. На пергаменте и истлевшей бумаге, в которую основательно впился червь времени, оживала история. Того, кто погружался в нее в этом месте, окружала аура прошлого.

Именно это было причиной того, почему Джонатан Мильтон так сильно любил эту библиотеку. Когда он был еще совсем мальчишкой, прошлое уже имело над ним свою особенную власть, и с тех пор он все больше интересовался историями, которые ему рассказывал его дед о прошлом Шотландии и кланах Хайлэндса, нежели войнами и деспотами своего времени. Джонатан был убежден в том, что люди должны учиться на примерах истории, впрочем, только тогда, когда они отдают себе отчет в прошлом. И такое место, как библиотека в Драйбурге, пронизанная насквозь прошлым, поистине приглашала к этому.

Для молодого человека, который занимался изучением истории в университете Эдинбурга, было счастьем иметь право работать здесь. Его сердце колотилось, когда он достал с полки большой фолиант. Пыль взметнулась облаком вверх, и он закашлял. Однако он не выпустил из рук книгу, которая явно весила добрых тридцать фунтов, и прижал к себе, как драгоценность. Потом он взял подсвечник и спустился вниз по винтовой лестнице туда, где стояли столы для чтения.

Осторожно он уложил фолиант на массивную столешницу дубового стола и сел, чтобы рассмотреть книгу. Джонатан как раз приготовился с жадностью узнать, какое сокровище он извлек из глубин прошлых дней.

Молодой человек знал, что далеко не все рукописи библиотеки проверены и разложены по каталогу. Те немногие монахи, которых монастырь выделил, чтобы заботиться об имуществе библиотеки, были загружены поручениями, так что на запыленных и затянутых толстым слоем паутины полках по-прежнему могли таиться скрытые перлы. Одна только мысль о возможности обнаружить один из них заставляла сильнее биться сердце Джонатана.

При этом он, собственно, был здесь не для того, чтобы обогатить научные знания по истории новыми сведениями. Его истинное задание заключалось в том, чтобы провести простое исследование, – довольно скучная деятельность, которая, однако, хорошо оплачивалась. К тому же Джонатан имел честь работать на сэра Вальтера Скотта, человека, являющегося кумиром для многих молодых людей.

Дело было не только в том, что сэр Вальтер, который владел расположенным поблизости имением Абботсфорд, был успешным романистом, чьи произведения читались как в лачугах ремесленников, так и в домах знати. Он был с головы до ног шотландцем. Благодаря его протекции и влиянию на британскую корону к высмеиваемым годами обычаям и традициям Шотландии постепенно стали относиться со снисхождением. Более того, в высшем британском обществе чуть ли не появилась мода на все шотландское. В последнее время там многие украшали себя килтом и тартаном.

Чтобы обеспечить новым материалом издательство, которое сэр Вальтер вместе со своим другом Джеймсом Баллантайном основал в Эдинбурге, писатель работал буквально день и ночь и частенько над многими романами одновременно. Для розыска исторических фактов он пригласил в свое имение студентов из Эдинбурга. Драйбургская библиотека, которая находилась в двенадцати милях от жилища Скотта, предоставляла идеальные условия для этого.

Через одного друга своего отца, с которым сэр Вальтер Скотт посещал вместе в юные годы университет в Эдинбурге, Джонатан получил место волонтера. То, что его работа имела скорее рутинную природу и состояла больше из сухих исследований и поиска давно забытых хроник и старинных рукописей, могло довольно хорошо закалить характер худого молодого человека, чьи волосы были заплетены в короткую косичку. Ему нравилось проводить время в этом месте, где соприкасались прошлое и настоящее. Иногда он до поздней ночи засиживался здесь над старыми письмами и справками, совершенно забывая о времени.

Так было и в этот вечер.

Целый день Джонатан провел за подбором материала, разбирая анналы, сведения о властителях, монастырские хроники и другие рукописи, которые могли пригодиться сэру Вальтеру при создании его нового романа.

Джонатан выписал добросовестным образом все самые важные даты и факты и внес их в записную книжку, полученную от сэра Вальтера. После сделанной работы он, однако, снова обратился к своим собственным занятиям, а потому и к той части библиотеки, которая представляла его особенный интерес: к собранию томов в старинных кожаных переплетах, хранящихся на верхнем этаже. Скорее всего, их еще ни разу никто не просматривал.

Как установил Джонатан, среди них были пергаменты двенадцатого–тринадцатого столетия: справки, письма и фрагменты. Исторические исследования той эпохи до сих пор базировались прежде всего на английских источниках. Если бы ему удалось разыскать неизвестный до сих пор шотландский документ того времени, это тут же стало бы научной сенсацией и его имя было бы на устах у всего Эдинбурга.

Честолюбие охватило молодого студента, поэтому он использовал каждую свободную минуту, чтобы проводить исследования на свой страх и риск в фондах библиотеки. Он был уверен, что ни сэр Вальтер, ни аббат Эндрю, заведующий архивом, не имели ничего против этого, пока он точно в срок и добросовестно исполнял свои прямые обязанности.

В пламени свечи, которое освещало стол теплым, дрожащим светом, он изучал столетний фрагмент собрания – обрывки анналов, которые издали монахи монастыря Мелроуз, а также свидетельства и письма, отчеты по налогам и тому подобное. Латынь этих документов уже давно не была высоким слогом Цезаря или Цицерона, преподававшимся в школах. Большинство авторов обходилось языком, который только отдельными оборотами напоминал язык классиков. Преимущество было в том, что Джонатану не стоило труда его переводить.

Пергамент документа был плотным и истертым, во многих местах чернила едва можно было прочитать. Бурное прошлое библиотеки и долгое время, когда книги хранились в потайных пещерах и влажных подвалах, сделали свое дело. Фолианты и свитки пришли в плачевное состояние; сохранение их содержания для потомков должно было стать целью каждого заинтересованного знатока истории.

Джонатан внимательно рассматривал каждую отдельную страницу. Он узнал о пожалованиях знати своим вассалам, о податях, которые были отняты у крестьян, и нашел полное собрание списков аббатов из Мелроуз. Все вместе было довольно интересно, но ни в коей мере не подходило для сенсации.

Вдруг Джонатан обнаружил нечто, что привлекло все его внимание. Потому что, когда он снова пролистал фолиант, внешний вид и форма документа изменились. То, что он теперь держал перед собой, не было ни письмом, ни свидетельством. Ему с трудом удалось определить первоначальную цель бумаги, потому что она создавала впечатление вырванной страницы из единого целого документа, по всей вероятности хроники или же старинной летописи монастыря.

Выведенные кисточкой буквы существенно отличались от предшествующих страниц. Сам пергамент также казался на ощупь грубее и тоньше, чем лежащий рядом, и явно был существенно древнее указанной даты.

К чему мог относиться этот документ?

И почему его вырвали из его первоначального тома?

Если бы поблизости оказался один из монахов, которые заведовали библиотекой, то Джонатан непременно бы спросил его об этом. Но в такой поздний час аббат Эндрю и его братья уже удалились на молитву и предались затворничеству. Монахи привыкли к тому, что Джонатан на целые дни погружался в изучение наследия прошлого. Так как сэр Вальтер пользовался их полным доверием, они отдали его студенту ключ, который предоставлял ему доступ к библиотеке в любой час.

Джонатан почувствовал, как волосы на его затылке встают дыбом. Ему очень хотелось отгадать загадку, на которую он так неожиданно наткнулся.

В дрожащем пламени свечи он начал читать.

Это давалось ему гораздо труднее, чем с другими документами, во-первых, потому что страница находилась в еще более плохом состоянии, во-вторых, потому что автор пользовался очень странной, напичканной неизвестными понятиями латынью.

Джонатан сумел выяснить, что этот лист не относится ни к одной из хроник. В тексте часто употреблялась форма «благороднейшие господа»; речь могла идти о письме, но стиль языка был для этого очень вычурным.

– Возможно, это отчет, – пробормотал Джонатан в задумчивости себе под нос. – Отчет вассала лорду или королю…

С любопытством детектива он продолжил чтение. Честолюбие охватило его и подталкивало выяснить, когда был создан этот документ и о чем в нем шла речь. Для исследования прошлого требовались не только солидные исторические знания, но и хорошая доля любопытства. Джонатан обладал и тем, и другим.

Расшифровка рукописи оказалась весьма непростым занятием. Хотя Джонатан за это время приобрел немалый опыт в деле чтения и толкования сокращений и аббревиатур в рукописях, он осилил только пару строк. На переплетенных тропах, по которым ступал автор этого документа, знания школьной латыни перестали быть Джонатану помощниками.

Снова всплывали некоторые слова, привлекавшие его внимание. Речь постоянно шла о «papa sancto», может быть, здесь подразумевался святой папа в Риме? Во многих местах появлялись слова «gladius» и «rex», что было латинским обозначением для «меча» и «короля».

И опять Джонатан наталкивался на явно не латинские понятия, которые он не мог перевести. Он предположил, что это заимствования из гэльского и пиктского языков, что в раннем Средневековье еще было широко распространено.

Как рассказывал сэр Вальтер, раньше многие шотландцы знали эти архаичные, долгое время запрещенные языки. А если он переписал эту страницу документа и показал одному из них?

Джонатан покачал головой.

С этой одной страницей он едва ли продвинется далеко. Необходимо найти оставшуюся часть отчета, которая должна скрываться где-то под запылившимися сводами библиотеки.

Задумчиво он взял подсвечник в руку. В дрожащем свете свечи, который пронзал своими лучами темноту, он оглянулся по сторонам. При этом Джонатан заметил, как удары его пульса участились. Чувство, что он вышел на след настоящей тайны, охватило его. Слова, которые он расшифровал, не выходили у него из головы. Действительно ли речь шла об отчете? Возможно, о послании папского легата? Что могли иметь общего король и меч? Да и о каком короле шла речь?

Его взгляд скользнул вверх по балюстраде. Там призрачно просматривались полки верхнего этажа. Оттуда он достал том собрания, в котором он обнаружил этот фрагмент. Возможно, он найдет там и оставшуюся часть документа.

Для Джонатана было очевидным, что шансы скорее ничтожны, но он хотел хотя бы попробовать. О времени он совершенно забыл, о том, что уже было далеко за полночь, он ни разу не вспомнил. Он быстро взбежал вверх по ступеням винтовой лестницы, когда шорох заставил его сжаться от страха.

Это было резкое, глухое постукивание.

Массивная дубовая дверь библиотеки открылась и снова закрылась.

От ужаса Джонатан вскрикнул. Он вытянул перед собой руку со свечой, чтобы осветить помещение под балюстрадой, потому что хотел увидеть, кто был ночным посетителем. Но света свечи было недостаточно, и он потерялся в пропитанной пылью черноте.

– Кто там? – спросил Джонатан громко. Ответа он не получил.

Вместо этого теперь он услышал шаги. Тихие, мерные шаги, которые приближались по холодному полу, выложенному обожженным кирпичом.

Вверх


главная библиотекам читателям мир библиотек infolook виртуальная справка читальный зал
новости библиоnet форум конкурсы биржа труда регистрация поиск по порталу


О портале | Карта портала | Почта: info@library.ru

При полном или частичном использовании материалов
активная ссылка на портал LIBRARY.RU обязательна

 
  Rambler's Top100
© АНО «Институт информационных инициатив»
© Российская государственная библиотека для молодежи