Library.Ru {3.2} Отражения

главная библиотекам читателям мир библиотек infolook виртуальная справка читальный зал
новости библиоnet форум конкурсы биржа труда регистрация поиск по порталу


Мир библиотек Отражения Литература

 ЛИТЕРАТУРА

Жан-Кристоф Гранже
Жан-Кристоф Гранже

  Жан-Кристоф ГРАНЖЕ. Пурпурные реки

[отрывок]

     – Тело нашли вчера в конце дня. Оно было засунуто в расселину скалы над рекой, огибающей кампус. Очень похоже, что действовал маньяк.
     – Кто убит? Женщина?
     – Нет. Мужчина. Молодой парень. Кажется, университетский библиотекарь. Раздет донага. На теле следы пыток – ножевые раны, разрывы, ожоги… и еще, кажется, следы удушения…
     Книги. Повсюду, куда ни глянь, в огромной библиотеке университета, под неоновыми лампами, на металлических стеллажах сотнями рядов стояли книги.
     Целые стены из тщательно подобранных томов. Темные обрезы. Переплеты с серебряным или золотым тиснением. Наклейки с эмблемой Гернонского университета. В центре зала – ряды столов с пластиковым покрытием, разделенных стеклянными перегородками. Когда Ньеман вошел, ему сразу вспомнились тюремные кабинки для свиданий.
     Здесь царили одновременно свет и полумрак, простор и теснота.
     – Университетский библиотекарь находится у всех на глазах. Это идеальная мишень. Представь себе группу студентов, зациклившихся на некой бредовой идее – скажем, на ритуальном жертвоприношении или чем-то подобном… И, выбирая жертву, они, естественно, первым делом подумали бы о Кайлуа.
     – Да забудьте вы про наших юных гениев! Они слишком заняты сдачей экзаменов, чтобы думать о таких глупостях.
     Ньеман продолжал шагать вдоль золотисто-коричневых рядов книг. Жуано следовал за ним.
     – Библиотекарь, – задумчиво продолжал комиссар, – это также человек, который выдает книги. Ему известно, что читает каждый из студентов, чем он увлекается… Может, он узнал нечто такое, чего ему знать не полагалось?
     – Ну, за это не убивают, да еще так зверски. И потом, какие тайны могут скрываться за студенческим пристрастием к тем или иным книгам?
     Ньеман внезапно остановился:
     – Не знаю. Но я не доверяю интеллектуалам.
     – У вас есть какие-то предположения?
     – Наоборот. Пока я допускаю любые мотивы. Ссору. Месть. Интеллигентские выверты. Гомосексуализм. Или это просто бродяга, маньяк, случайно наткнувшийся на Кайлуа в горах.
     И комиссар звучно щелкнул по ближайшему темному переплету.
     – Вот видишь, я вполне беспристрастен. И все-таки мы начнем отсюда. Нужно тщательно просмотреть все книги, которые могли бы иметь отношение к этому убийству.
     – Какое отношение?
     Ньеман прошел чуть дальше по книжному коридору и внезапно очутился в большом зале. Он направился к столу библиотекаря, находившемуся в дальнем конце зала, на возвышении. В центре стола высился компьютер, рядом, в ящике, были сложены тетради на спиральках. Ньеман постучал по черному экрану.
     – Тут должны быть списки всех книг, ежедневно запрашиваемых посетителями. Я хочу, чтобы ты посадил на эту работу нескольких офицеров из уголовки. Самых начитанных, если такие, конечно, имеются. Попроси также помощи у интернов. Мне нужно, чтобы они раскопали все книги, посвященные злу, насилию, пыткам и особенно жертвоприношениям и ритуальным убийствам. Пускай просмотрят, например, все труды по этнологии и запишут имена студентов, которые часто спрашивали такие произведения. И вот еще что – пусть найдут диссертацию самого Кайлуа…
 
     …Ньеман включил компьютер, пробежал пальцами по клавишам. Но едва засветился экран, как комиссар понял всю нелепость своих действий: сведения, которые он искал, относились к периоду до 70-х годов, а значит, не могли быть заложены в программу.
     Ньеман стал лихорадочно рыться в ящиках стола, ища бумагу, крайне интересовавшую его.
     Не список книг.
     И не список студентов.
     Просто-напросто план застекленных кабинок, в которых долгие годы сидели тысячи и тысячи студентов.
     Как ни абсурдно это выглядело, но именно в логике распределения читателей по кабинкам, тщательно организованного обоими Кайлуа, отцом и сыном, Ньеман надеялся обнаружить связь с тем, что он узнал в родильном отделении больницы.
     Наконец он отыскал план. Открыв принесенную коробку, он снова разложил перед собой карточки новорожденных. Он вычислял годы, когда эти младенцы становились студентами и читателями библиотеки, а затем разыскивал их имена в списке мест, тщательнейшим образом составленном обоими старшими библиотекарями.
     В каждой клеточке плана значилась фамилия студента. Трудно было представить себе более логичную, более строгую и более удобную систему для заговора, если таковой действительно существовал. Каждый ребенок, чей листок имелся в пресловутой картотеке, спустя двадцать лет становился студентом и в течение многих дней, месяцев и лет занимал, по указанию библиотекаря, одну и ту же кабинку; более того, перед ним всегда сажали одного и того же студента противоположного пола.
     Теперь Ньеман убедился, что разгадал эту тайну.
     Он проверял имена, одно за другим, выбирая их наугад, с разрывом в десятилетия, и всякий раз обнаруживал, что данный студент неизменно сидел в читальном зале гернонской библиотеки лицом к лицу с одной и той же студенткой, своей ровесницей, и рассаживал их в таком порядке библиотекарь Кайлуа.
     Комиссар трясущимися руками выключил компьютер. В огромном зале стояла гулкая тишина. Не вставая из-за стола Кайлуа, он включил свой телефон и соединился с ночным дежурным мэрии Гернона. Ему стоило огромного труда уговорить того спуститься в архив и разыскать старые книги регистрации браков.
     Наконец дежурный принес просимое, и комиссар начал диктовать ему по телефону фамилии, а тот искал их в книгах. Ньеман хотел проверить, вступали ли в брак молодые люди, сидевшие друг против друга в кабинках читального зала. В семидесяти случаях из ста его предположения подтверждались.
     – Это у вас игра такая, что ли? – бурчал заспанный дежурный.
     Проверив несколько десятков пар, Ньеман дал отбой. Потом сложил свою картотеку и покинул зал…
 
     …Итак, Серти, отец и сын, занимались подменой детей. А оба Кайлуа, используя свою должность, осуществляли вторую часть этого дьявольского плана – браки. Но как, как им удавалось достигать своей цели? И тогда я вспомнил о личных журналах Кайлуа. Мы проверяли в библиотеке списки взятых книг. Изучали фамилии студентов, которые ими пользовались. И только одна вещь ускользнула от нашего внимания – каким образом Кайлуа рассаживал читателей в застекленных кабинках зала. Я кинулся в библиотеку и сравнил план кабинок, в который были вписаны фамилии, с подделанными листками новорожденных за последние тридцать, сорок, пятьдесят лет. И все эти фамилии сошлись, Карим, все до единой!
     Подмененные дети вырастали, поступали в университет, и их всегда сажали в одни и те же боксы для чтения, напротив одной и той же особы противоположного пола, принадлежавшей к блестящей местной элите. Я выверил все эти фамилии в мэрии. Не все сошлось полностью, но подавляющее большинство молодых людей, увидевших друг друга в библиотеке, в стеклянных кабинках читального зала, впоследствии поженились.
     Значит, я угадал верно. «Повелители» подменяли младенцев, а затем хитроумно организовывали встречи будущих супругов. А те, вступив в брак, рождали на свет представителей высшей расы. И система функционировала без сбоев, Карим: университетские чемпионы – дети этих запрограммированных родителей.

Вверх


главная библиотекам читателям мир библиотек infolook виртуальная справка читальный зал
новости библиоnet форум конкурсы биржа труда регистрация поиск по порталу


О портале | Карта портала | Почта: info@library.ru

При полном или частичном использовании материалов
активная ссылка на портал LIBRARY.RU обязательна

 
  Rambler's Top100
© АНО «Институт информационных инициатив»
© Российская государственная библиотека для молодежи