Library.Ru {3.2} Отражения

главная библиотекам читателям мир библиотек infolook виртуальная справка читальный зал
новости библиоnet форум конкурсы биржа труда регистрация поиск по порталу


Мир библиотек Отражения Литература

 ЛИТЕРАТУРА

Аравинд Адига
Аравинд Адига

  Аравинд АДИГА. От убийства до убийства

[отрывок]

Это происходит самое малое два раза в год. Арестованный, запястья коего скованы наручниками, направляется к полицейскому участку Маячной горы, голова его высоко поднята, на лице выражение надменной скуки, по пятам за ним следуют – чуть ли не вприпрыжку, чтобы не отстать, – двое полицейских, держащихся за приклепанную к наручникам цепь. Странно, но выглядит все так, точно человек в наручниках тащит за собой полицейских, – так, точно он вывел на прогулку двух обезьянок.

За последние девять лет человека этого, известного всем как Рамакришна Ксерокс, арестовывали на гранитной мостовой, украшающей вход в парк имени Дешпреми Хемачандра Рао, двадцать один раз, и все за продажу учащимся техникума Святого Альфонсо – по бросовым, надо сказать, ценам – незаконных фотокопий либо перепечаток книг. Полицейский приходит поутру к Рамакришне. сидящему перед разложенными по синей простынке книгами, упирается в них своей лати* и говорит:

– Пошли, Ксерокс.

Услышав это, книготорговец поворачивается к своей одиннадцатилетней дочери Риту, торгующей вместе с ним книгами, и тоже говорит:

– Ступай домой и будь хорошей девочкой, милая.

А затем протягивает перед собой обе руки, дабы их сковали наручниками.

В тюрьме Ксерокса расковывают и заводят в камеру. Он же, держась за прутья решетки, потчует полицейских, дабы снискать их расположение, разного рода рассказами. Он может, к примеру, поведать им неприличную историю о студентке колледжа, которую видел этим утром облаченной в американские джинсы, или позабавить новейшим ругательством на языке тулу, услышанным им, когда он ехал автобусом в Деревню Соляного Рынка, или, если у них есть настроение повеселиться подольше, рассказать, как делал уже не раз и не два, о том, чем всю жизнь зарабатывал на хлеб его отец: выносил дерьмо из домов богатых землевладельцев, что было традиционным занятием людей его касты. День напролет старик переминался с ноги на ногу у задней стены дома землевладельца, ожидая, когда в воздухе повеет запахом человеческого говна, а учуяв этот запах, приближался вплотную к дому и, полуприсев, ждал – как ждет мяча крикетный вратарь. (Ксерокс сгибал ноги в коленях и показывал – как.) Услышав же «бух», с которым захлопывалась дверь сортира, старик, в чем и состояла основная его обязанность, вытаскивал из дырки в стене ночной горшок, опорожнял его в ближайших кустах роз, протирал дочиста своей набедренной повязкой и возвращал обратно, чтобы им могла воспользоваться следующая состоятельная особа. Вот это и была работа, которой он отдал всю свою жизнь, представляете?

Стражники всякий раз хохочут.

Они приносят Ксероксу завернутую в бумагу самсу, предлагают чай. У стражников он считается порядочным человеком. В полдень его отпускают на волю, и он низко кланяется стражникам и говорит: «Большое вам спасибо». А после этого в участок звонит Мигель Д’Суза, поверенный издателей и книготорговцев Зонтовой улицы, и орет в трубку: «Опять отпустили, да? Для вас законы страны вообще что-нибудь значат?» Инспектор Рамеш, держа трубку подальше от уха, просматривает в газете котировки акций на Бомбейской фондовой бирже. Ничем другим в своей жизни заниматься Рамеш не хочет – только читать котировки акций.

Под вечер Ксерокс уже возвращается к работе. Фотокопированные или задешево перепечатанные труды Карла Маркса, «Mein Kampf» и иные изданные кем-то книги плюс фильмы и музыкальные альбомы – в общем, всякая всячина – лежат на синей простыне, расстеленной по мостовой Маячной горы, а маленькая Риту, девочка с длинным, еще без горбинки, носом и почти неприметными усиками, сидит, распрямив спину, и наблюдает за тем, как покупатели берут книги и пролистывают их.

– Положите на место, – говорит она, если покупатель книгу отвергает. – Положите точно туда, откуда взяли.

– «Бухгалтерское дело для поступающих»? – кричит Ксероксу один покупатель.

– «Передовое акушерство»? – кричит другой.

– «Радости секса»?

– «Mein Kampf»?

– Ли Якокка?

– Сколько просите? – спрашивает, перелистывая книгу, молодой человек.

– Семьдесят пять рупий.

– Вы меня изнасиловать хотите? Это слишком много!

Молодой человек уходит, поворачивает назад, возвращается и говорит:

– Назовите вашу последнюю цену, у меня времени нет тут торчать.

– Семьдесят две рупии. Хотите, берите, не хотите, не надо. У меня и другие покупатели найдутся.

Книги эти копируются, а иногда и печатаются старенькими типографскими машинами Деревни Соляного Рынка. Машины Ксерокс любит. Он поглаживает копировальное устройство ладонью, он обожает в нем все – то, как оно словно молнии мечет, работая, как урчит и погуживает. Читать по-английски Ксерокс не умеет, но знает, что в английских словах кроется сила, а у английских книг есть своя аура. Он смотрит на украшающий обложку «Mein Kampf» портрет Адольфа Гитлера и чувствует его властность. Смотрит на лицо Халиля Джебрана, поэтичное и таинственное, и чувствует поэтичность и тайну. Смотрит на лицо Ли Якокка, отдыхающего, сцепив на затылке ладони, и чувствует, что сам отдохнул. Вот почему он однажды сказал инспектору Рамешу: «Я вовсе не хочу осложнять жизнь вам, сэр, или издателям, просто я люблю книги, люблю делать их, держать в руках, продавать. Мой отец, сэр, всю жизнь выносил чужое говно, он даже читать и писать не умел. Он так гордился бы мной, если бы узнал, что я зарабатываю на жизнь книгами».

Только один раз отношения Ксерокса с полицией испортились всерьез. Случилось это, когда кто-то позвонил в участок и донес, что Ксерокс продает копии книги Салмана Рушди «Сатанинские стихи», нарушая тем самым законы Республики Индия. В тот раз, когда его привели скованным в участок, ни любезного обхождения, ни чая он не дождался.

Рамеш даже ударил его по лицу.

– Ты разве не знаешь, что это запрещенная книга, а, сын лысой женщины? Муслимов взбунтовать хочешь? Добиться того, чтобы меня и всех остальных полицейских сослали в Деревню Соляного Рынка?

– Простите меня, – взмолился Ксерокс. – Я и понятия не имел, что эту книгу запретили, правда же... Я всего лишь сын человека, который всю жизнь выносил говно, сэр. И целыми днями ждал, когда хлопнет дверь сортира. Я свое место знаю, сэр. Я и не думал бросать вам вызов. Это просто ошибка, сэр. Простите меня, сэр.

Д’Суза, поверенный книготорговцев, маленький человечек с черными намасленными волосами и аккуратными усиками, прослышав о случившемся, прискакал в полицейский участок. Он взглянул на запрещенную книгу – толстую, в бумажной обложке с изображением ангела – и покачал головой, словно не веря своим глазам.

– Этот гребаный сын неприкасаемого возомнил, будто он имеет право копировать «Сатанинские стихи». Ну и наглость.

А затем Д’Суза уселся перед столом инспектора и заорал:

– Я говорил вам, что это случится, если вы его не накажете! Теперь вам за все отвечать!

Рамеш сердито взглянул на Ксерокса, с покаянным видом лежавшего, как ему и было велено, на нарах.

– Не думаю, чтобы кто-нибудь видел, как он ее продавал. Все обойдется.

И, дабы успокоить законника, Рамеш приказал констеблю сбегать за бутылочкой рома «Старый монах». В ожидании бутылочки у них состоялась беседа.

Рамеш, зачитывая куски из книги, повторял:

– Честное слово, не понимаю, почему вокруг нее подняли столько шума.

– Муслимы, – отвечал, покачивая головой, Д’Суза. – Это же бешеные люди. Бешеные.

Появился «Старый монах». Бутылку они уговорили за полчаса, и констебль отправился за следующей. Ксерокс неподвижно лежал в камере, глядя в потолок. Полицейский и законник выпивали. Д’Суза поведал Рамешу о своих горестях, инспектор поведал законнику о своих. Один хотел стать пилотом, парить в облаках и обхаживать стюардесс, другой желал только одного – по-любительски играть на фондовой бирже. И все.

В полночь Рамеш сказал законнику:

– Хочешь узнать секрет?

Воровато оглядываясь, он провел законника в кутузку и показал ему секрет. Один из прутьев в решетке камеры легко вынимался. Полицейский вынул его, помахал им по воздуху и вернул на место.

– Вот так можно тайком подкинуть улики, – сказал он. – Конечно, в нашем участке это делают не часто, но когда делают, то именно так.

Законник захихикал, вынул прут, положил его себе на плечо и спросил:

– Ну что, похож я на Ханумана?

– Точь-в-точь как в телевизоре, – ответил полицейский.

Законник попросил открыть дверь камеры, что и было сделано. И собутыльники увидели заключенного, спавшего на нарах, прикрыв локтем лицо от едкого света голой лампочки в потолке. Под краем дешевой полистероловой рубашки тянулся поясок голой кожи, за ней различалась поросль густых черных волос, показавшихся двум зрителям опушкой тех, которыми заросли его чресла.

– Гребаный сын неприкасаемого. Ишь как храпит.

– Его отец говно выносил, а этот тип думает, будто он может нас говном поливать!

– «Сатанинские стихи» он продает. Под самым моим носом, а?

– Эти люди считают, что им теперь вся Индия принадлежит. Разве нет? Им теперь и всю работу отдай, и все университетские степени, и все...

Рамеш стянул с похрапывавшего заключенного штаны, поднял повыше прут, а законник сказал:

– Врежь ему, как Хануман в телевизоре!

Ксерокс с воплем проснулся. Рамеш протянул прут Д’Сузе. Так полицейский с законником и забавлялись, по очереди: один лупил Ксерокса по коленным суставам, совсем как божественная обезьяна в телевизоре, а другой – то ниже колена, то выше, опять-таки как та же божественная обезьяна в телевизоре. А после они, хохоча, целуясь и пошатываясь, выползли из камеры и закричали, чтобы кто-нибудь ее запер.

В ту ночь Ксерокс заходился, просыпаясь, криком.

Утром Рамеш пришел в участок, выслушал рассказ констебля о Ксероксе и сказал:

– Черт, значит, мне это не приснилось.

Он приказал констеблю доставить заключенного в районную больницу имени Гавелока Генри и потребовал утреннюю газету, надо же было посмотреть, как там цены на бирже.

На следующей неделе в участке появился – шумно, потому что на костылях, – Ксерокс, по пятам за ним шла его дочь.

– Вы можете переломать мне ноги, однако книги я продавать не перестану. Такова моя участь, сэр, – сказал Ксерокс. И улыбнулся.

Рамеш тоже улыбнулся, но постарался не встретиться с ним глазами.

– Я иду на гору, сэр, – сказал Ксерокс, подняв перед собой костыль. – Продавать книги.

Все прочие полицейские обступили Ксерокса и его дочь, попросили простить их – и Рамеш вместе с ними. Он велел позвонить Д’Сузе, полицейские позвонили. Законник пришел прямо в парике, с двумя помощниками, тоже в черных мантиях и париках. Узнав же о причине, по которой полиция призвала его к себе, Д’Суза расхохотался.

– Этот тип попросту смеется над вами, – сказал он Рамешу. – С такими ногами ему на гору не подняться.

И Д’Суза ткнул пальцем в самую середку Ксероксова тела.

– А если ты попытаешься продавать их, помни: в следующий раз тебе не одни только ноги переломают.

Констебль хохотнул.

Ксерокс взглянул на Рамеша, улыбнулся заискивающе, как и всегда, низко поклонился, сложив у груди ладони, и сказал:

– Да будет так.

Д’Суза присел, чтобы выпить с полицейскими «Старого монаха» и поиграть с ними, по обыкновению своему, в карты. Рамеш сообщил, что на прошлой неделе потерял на бирже деньги, законник почмокал губами, покачал головой и сказал, что в большом городе вроде Бомбея одни только мошенники, лгуны да головорезы и живут.

Ксерокс же развернулся на костылях и покинул участок. Дочь последовала за ним. Они направились к Маячной горе. Подъем занял два с половиной часа, шесть раз они останавливались, чтобы Ксерокс выпил чашку чая или стаканчик сока сахарного тростника. Потом его дочь расстелила перед входом в парк имени Дешпреми Хемачандра Рао синюю простыню, и Ксерокс опустился на нее. Сидя на простыне, он медленно вытянул перед собой ноги и положил рядом с ними толстую книгу в бумажной обложке. Дочь его тоже села и выпрямила, глядя на книгу, спину. Книга была запрещена по всей Республике Индия, но только ее и собирался продавать в этот день Ксерокс: «Сатанинские стихи» Салмана Рушди.

* Окованная железом бамбуковая дубинка.


главная библиотекам читателям мир библиотек infolook виртуальная справка читальный зал
новости библиоnet форум конкурсы биржа труда регистрация поиск по порталу


О портале | Карта портала | Почта: info@library.ru

При полном или частичном использовании материалов
активная ссылка на портал LIBRARY.RU обязательна

 
  Rambler's Top100
© АНО «Институт информационных инициатив»
© Российская государственная библиотека для молодежи

 
the full report