Library.Ru {2.6}Лики истории и культуры




Читателям Лики истории и культуры Эти ужжассные китайцы!..

 Эти ужжассные китайцы!..

Ульяненко В.В. Шокирующие китайцы. Все, что вы не хотели о них знать. Руководство к пониманию. – Спб.: Вектор, 2011. – 224 с. – (Лабиринты истины)
 

«Китай»! Это слово еще не пугает, но уже настораживает, а главное – манит. Китай для нас – это тайны эзотерики, секреты боевых искусств, потрясающие успехи в экономике, мягкий, обволакивающий (пока не вытесняющий?..) демографический напор, для некоторых – культура, задрапированная пышной кисеей многих тысячелетий.

И если слово «успех» – главное для нашего современника, то оно по праву могло бы стать синонимом слова «китаец»…

– Забудьте! – резко одергивает нас автор книги Виктор Ульяненко. – Ваши грезы утопите в унитазе. Ибо…

Впрочем, слово «ибо» – не из лексикона Ульяненко, хотя он серьезный китаист и не понаслышке знает, о чем говорит. Говорит жестким языком мачо, и шуточки (которых у него для нас здесь много припасено) тоже мачистские. Например: корень женьшеня эффективней всего, если употреблять его не внутрь, а привязывать. И т.д.

И живо делится впечатлениями от Китая начала 90-х и сегодняшними (порой, на мой взгляд, этой мешаниной дезориентируя читателя).

Главное в книге Ульяненко, мне кажется, – не своеобразный юмор и даже не масса очень ценных наблюдений и советов совершающим паломничество в Поднебесную по любому поводу, а аналитический подход к тому, что можно назвать «национальным характером» ханьца (китайца). Он, характер, определяется двумя факторами: гордостью (запредельной) по поводу пятитысячелетней своей культуры и комплексом неполноценности, который внушила китайцу совсем недавнее полуколониальное прошлое, действительное полное массы унижений и уничтожений.

Иностранец для ханьца – «лаовай» (чужак), которого не грех и надуть, на которого в китайской провинции будут бесцеремонно пялиться и щупать, как экзотическое животное, дразня искаженным «хэллоу» – типа: «кис-кис».

При этом к грубой агрессии китаец вовсе не склонен. В драке порой довольно замахнуться на него рулоном бумаги, чтобы он отстал. Мачизм вообще (по Ульяненко) не свойствен китайским мужчинам, больше похожим на плюшевых панд. Китайцы – страшно чадолюбивые, заботливые семьянины, рачительные хозяева. И кстати, они обожают жениться на русских женщинах… Но все известные автору смешанные браки распадаются. Как склонен думать Ульяненко, сам продукт смешанного брака (полукореец), – в силу недостатка мужественности в ханьских мужчинах. И еще потому, что чувство собственного достоинства (это при запредельном-то шовинизме!) начисто выбито из китайского мужика тысячелетней конфуцианской традицией подчиненья авторитетам (и – или – силе).

Теперь-то нам понятным становится, как китайцы умудряются совместить социалистическую идеологию с капиталистической практикой, и пока почти без конфликтов.

А как же боевые искусства? Успокойтесь и на сей счет, доверительно сообщает Ульяненко: пресловутое ушу – это комплекс упражнений, из которых все возможные силовые моменты заботливо убраны китайским коммунистическим руководством, дабы подданные не получили в руки орудие сопротивленья народной полиции. Даже Шаолинский монастырь, эта Мекка ушуистов и эзотериков, выглядит у него дешевым аттракционом.

Добавьте сюда очевидную бытовую неопрятность, настырность (если вы нужны или занятны) и грубое пренебрежение (если вдруг разочаровали или попросту не надобны), абсолютное равнодушие к удобству окружающих – и вам в Китай не захочется.

А достопримечательности можно и на dvd посмотреть…

Снова оговорюсь: в книге Ульяненко его впечатления о сразу постмаоистском Китае 1990 года и о Китае нынешнем даны слишком уж вперемешку. Лишь иногда автор оговаривается, что сейчас в Пекине, Шанхае и других мегаполисах и одеваются почти по-европейски (молодежь), и ведут себя «по-европеистей».

Нынешний Китай похож на бурно растущий организм: вот шикарное здание, чудо современной архитектуры, а рядом в проулке – чисто фавела, «лежат в грязи рабочие». Но «город-сад», так или иначе, созидается, растет на глазах, распространяя щупальца по всему миру. Скоро рекламы на китайском в центре Парижа будет не меньше, чем на французском…

Отдельная (и вероятно, самая ценная для читателя-прикладника) глава – о китайском экономическом чуде. В особые креативные способности ханьца-изобретателя пороха автор не верит. Недаром бытует здесь поговорка: «Умный придумывает, гений крадет». «А китайская нация гениальна», – ерничает Ульяненко.

Впрочем, и японцы ведь начинали с «краж»…

Особая песнь (очень подробная здесь) – о пресловутом «китайском качестве». «Made in China» – вовсе не непременно хлам, уверяет автор. Репутацию китайских товаров у нас испортили челноки, которые ради сверхприбыли затоваривались самым бросовым. Подчас они сами просят у производителя товарец подешевле. Между тем, в Китае производят и вещи мирового уровня, причем порой на одних и тех же предприятиях. Музыку здесь заказывает конкретный посредник, танцующий от нужд потребителя. Так что в Европу идет из Китая вполне качественная продукция, как когда-то в 50-е – в СССР.

Для гурманов занятна будет глава о тайнах китайской кухни. Китайских кухонь столько, сколько провинций, а репутацию всей китайской кулинарии как царству всяческой несъедобной экзотики сделали повара тех городов, в которые европейцы были допущены при империи. Ну, это все равно, что считать, будто национальная еда русских – суп харчо.

Как всякий хитрый автор, Ульяненко забрасывает крючок на будущее в самом конце. О многом, ох, о многом он еще не успел рассказать нам! Но хотя эта первая его книга – душ холодный, зато отрезвляющий. Надеюсь, процедуры закаливания Виктор Ульяненко для нас продолжит…

23.09.2011

Валерий Бондаренко





О портале | Карта портала | Почта: info@library.ru

При полном или частичном использовании материалов
активная ссылка на портал LIBRARY.RU обязательна

 
  Rambler's Top100
© АНО «Институт информационных инициатив»
© Российская государственная библиотека для молодежи