Library.Ru  {1.2} Кабинет библиотековедения

главная библиотекам читателям мир библиотек infolook виртуальная справка читальный зал
новости библиоnet форум конкурсы биржа труда регистрация поиск по порталу


Библиотекам Кабинет библиотековедения Статьи
 

Кузьмин Е.И.
Все мы – участники мирового информационного процесса

[ Библиотека. – 2003. – № 9. – С.7-11 ]

     По результатам очередных выборов в Правление Международной федерации библиотечных ассоциаций и учреждений в его состав вошел россиянин – начальник отдела библиотек Министерства культуры РФ Е. Кузьмин. Наш корреспондент встретился с Евгением Ивановичем после завершения 69-й Берлинской конференции ИФЛА и попросил рассказать о его планах на будущее в новом качестве – как одного из членов руководящего органа крупнейшей профессиональной организации библиотекарей мира.

     – Евгений Иванович, от имени всех библиотекарей России редакция журнала «Библиотека» поздравляет Вас с избранием в Правление ИФЛА. Приятно, что в Вашем лице наша страна вновь будет представлена в руководящих органах международного библиотечного сообщества. Так совпало, что именно в этом году исполнилось ровно десять лет с тех пор, как на Генеральной конференции в Барселоне в руководящий состав ИФЛА после некоторого перерыва была избрана наша соотечественница – директор ВГБИЛ Е. Гениева, – и взаимодействие россиян с этой организацией заметно активизировалось. Хотелось бы услышать Вашу оценку этого сотрудничества.
     – Безусловно, за минувшие десять лет коллективы всех российских крупных библиотек и наиболее известные библиотекари очень сильно прибавили в понимании своей роли в жизни страны, своего места в мире, в собственной оценке того, как они работают, исходя из международной системы координат. Если бы мы не сотрудничали с ИФЛА, не ездили за границу, если бы наши библиотеки не участвовали в международных проектах, нам сейчас было бы трудно определить, в какой же точке этой системы мы находимся. Истекшие десять лет были для нас временем переоценки ценностей, нового открытия самих себя и коллег из других стран. Что же именно изменилось за десять лет? Огромное количество наших учреждений инициирует совместные проекты с крупнейшими библиотеками других стран. Все они – результат прямых контактов отечественных библиотекарей с зарубежными: таких, которые не требуют разрешения государства, правительства, Министерства культуры. Обычная ситуация: библиотеки самостоятельно начинают работу по проекту и лишь после этого обращаются к нам в министерство с просьбой поддержать их идею в рамках существующих программ. Сегодня и у Российской национальной, и у Российской государственной библиотек таких проектов – великое множество, причем все они долговременные, технологически прогрессивные и содержательные.
     Многие региональные библиотеки также имеют прямые контакты с зарубежными коллегами. В том числе благодаря таким контактам некоторые из них смогли открыть у себя немецко-французские читальные залы, американские уголки. Теперь о наших библиотеках знают намного больше, чем прежде, и во Франции, и в Германии, и в Америке.
     С одной стороны, мы стали открытыми, а с другой – сегодня нам гораздо лучше известно, что происходит в мире. Мы представляем себе как проблемы, так и высокие профессиональные достижения, знаем наиболее авторитетных зарубежных специалистов в каждой из библиотечных дисциплин и их сегментов. Знаем, например, кто первый в области каталогизации в Библиотеке конгресса США, кто такой же первый в этой сфере в Национальной библиотеке Канады; кто там отвечает за форматы и какие дискуссии идут в Америке по этому поводу. Мы стали участниками общего мирового процесса – в меру нашего интеллекта и профессиональных успехов, экономических возможностей и политической воли.
     Какое место в библиотечном мире занимает Россия? Вопрос сложный. В структуре ИФЛА действует, к примеру, комитет по статистике. Кроме этой организации статистикой в сфере культуры занимаются еще Европейская комиссия и ЮНЕСКО. Но что стоит за цифрами? Ведь любые данные нуждаются в глубокой интерпретации. Допустим, Министерство культуры России с помощью статистики, в том числе и государственной, ведет мониторинг состояния библиотечного дела в стране. Начиная с 1990-х гг. традиционные показатели перестали нас устраивать. Поэтому в последние годы мы изменили форму статистического наблюдения, внесли туда новые параметры и начали получать данные, отражающие современное развитие библиотечного дела: количество компьютеров, объем баз данных, число выданных справок в электронном виде, количество факсов, ксероксов, номеров электронной почты, качество каналов связи и т. д.
     – Здесь и количество посещений сайтов библиотек, число удаленных пользователей?
     – Вот этого пока нет. Еще недавно не существовало подобной реальности, поэтому она нами и не оценивалась. Сейчас такую реальность мы уже наблюдаем, в том числе и благодаря исследованиям, которые ведут сотрудники отдела библиотек МК РФ. Европейский Союз в процессе межгосударственной интеграции тоже располагает подобной статистикой. Однако многие его методы сбора данных и учета библиотечной деятельности для нашей страны не подходят. Например, по методике Европейского Союза число посещений определяется как количество зарегистрированных проходов читателей в библиотеку через электронные ворота. Сколько у нас в стране таких ворот? Вопрос риторический. Мы по-прежнему не совсем поддаемся тем оценочным параметрам, которые существуют в развитых странах Запада.
     Очень часто говорят, что у нас в стране налицо огромные достижения в области автоматизации. Действительно, произошли гигантские сдвиги и в технической инфраструктуре, и в умах сотрудников, например, в РГБ, располагающей сейчас более чем тысячей компьютеров, создавшей много локальных сетей и пр. То же самое можно сказать и о РНБ, которая являлась в 90-х гг. лидером в области автоматизации. Но недавно я прочитал статью известного американского библиотекаря Майкла Ньюберта. Любящий нашу страну и благожелательно к ней относящийся, помогающий ей, чем может, он пишет, что хотя в библиотеках здесь происходят положительные изменения, Россия по-прежнему остается страной, где нет организаций типа OCLC и ORL1. Этот факт сразу о многом говорит зарубежным коллегам. А означает он, что у нас по-прежнему нет эффективного корпоративного взаимодействия библиотек в деле создания общих сводных информационных ресурсов, повышения их качества, оказания взаимопомощи и т. д. Конечно, у нас имеются индивидуальные достижения, но интеграционные процессы идут очень медленно. В частности, мы не работаем в системе OCLC, то есть проводим каталогизацию иностранной литературы собственными силами.
     – ИФЛА всегда призывала библиотеки к тесному сотрудничеству с правительствами своих стран в деле финансирования различных программ. На последнем собрании российской делегации в Берлине также говорилось об этом.
     – ИФЛА – замечательная международная профессиональная организация: ее членами являются библиотеки, проявляющие наибольший интерес к тому, что происходит в нашей профессии в масштабах всего мира. Она объединяет людей любознательных. Не тех, которые считают, что если в их стране и в их библиотеке все в порядке, то им не нужна ИФЛА. И не тех, кто рассуждает так: если у меня в библиотеке плохо и в других библиотеках страны дела обстоят тоже не очень здорово, то зачем мне организация, которая ничего не может дать?!
     В самом деле, ИФЛА не дает денег – их у нее просто нет. Но она, если угодно, такая глобалистская структура: в ней работают люди, понимающие, что все в мире взаимосвязано.
     Почему американцы так активны в этом профессиональном сообществе? Во-первых, потому, что США – самая «продвинутая» страна. Во-вторых, в организации библиотекарей рабочий язык – их родной, английский. С ним американцы получают во много раз больше преимуществ, чем носитель любого другого официального языка ИФЛА, не говоря уже о неофициальных. Представители США понимают, что их страна – поликультурная. В Америке много выходцев из Италии, Мексики, Индии, Китая; всех их нужно обслуживать в соответствии с запросами, которые касаются в первую очередь информации об их бывшей родине. Для того чтобы американский библиотекарь мог хорошо работать и чувствовать удовлетворение от того, как обслуживает пользователей, он должен заботиться о том, чтобы и в Мексике, и в Италии, и в Китае, и в Индии, и в России у него были достойные знающие партнеры – навигаторы в поиске информации. Чтобы навигация эта была удобной, необходимы единые стандарты, обучение персонала, повышение квалификации специалистов, организация различных конференций и т. д. Нужно, чтобы сохранялись в Мали, Судане, Бенине, Афганистане и др. все рукописи, древние книги, оставшиеся в мире в единственном экземпляре именно в этих странах. А для того чтобы они сохранялись, библиотекари должны быть достаточно квалифицированными, должны понимать, как сохранять и зачем сохранять все эти ценности, как их описывать и т. д.
     – С американцами все ясно. А вот для чего Вы, Евгений Иванович, вошли в Правление ИФЛА?
     – ИФЛА – это сообщество неравнодушных людей: в том числе – представителей передовых стран, которые хотят быть еще более прогрессивными и стремятся помогать развивать библиотечное дело в других государствах, потому что заинтересованы в этом, в том числе и лично, как профессионалы. Кроме того, здесь просто интересно: ведь ИФЛА, помимо всего прочего, еще и клуб встреч, без чего она не могла бы развиваться.
     Зачем мы приходим в ИФЛА, что мы хотим туда привнести и что рассчитываем от нее получить? Зачем российские библиотеки продвигали Кузьмина в Правление ИФЛА и что он теперь может сделать для библиотечного сообщества своей страны? Ответ следующий: я согласился баллотироваться в члены Правления ИФЛА для того, чтобы все мы, российские библиотеки и библиотекари, привнесли в эту организацию все лучшее, что есть в нашем опыте, чтобы мы были там заметны и взяли для себя все лучшее и передовое, что есть в практике зарубежных коллег.
     Быть представленной в Правлении, безусловно, престижно для страны. Я считаю, что в нынешнем году в ходе последних выборов в ИФЛА была допущена несправедливость по отношению к американцам, которые не вошли в руководящие органы этой организации впервые за многие десятилетия. Это неправильно, потому что многие в мировом библиотечном сообществе перенесли на американских библиотекарей свое отношение к президенту Бушу и к политике США. А ведь наши американские коллеги, принадлежащие к самому высшему интеллектуальному слою в своей стране, – люди с демократическими убеждениями, и, как правило, все они резко высказывались против внешней политики Буша. Но в том, что на последних выборах в ИФЛА библиотекари США потерпели поражение, виноваты и они сами, так как выдвинули в Правление шесть кандидатов от страны, пусть даже каждый из них – и У. Теб, и Б. Форд, и Дж. Берри, и Г. Стронг, и другие – профессионал высочайшего класса, признанный в библиотечном мире.
     Меня же активно продвигали в Правление отечественные библиотекари: РНБ, РГБ и РБА рассылали по миру официальные письма, а наши видные специалисты обращались к коллегам с личными посланиями. В результате я получил колоссальную неформальную поддержку, в том числе и от зарубежной общественности.
     – Чем Вы это объясняете?
     – Руководство ИФЛА, представители разных стран – испанцы, латиноамериканцы, африканцы, китайцы желали видеть в Правлении Федерации профессионалов из нашего ареала – не только из России, но и из Казахстана, Украины, Узбекистана, Белоруссии и других государств СНГ. Конечно, все они прежде всего беспокоятся об интересах своих стран, однако не могут не думать и об успехах мирового библиотечного дела. Они хотели присутствия России и довольны, что теперь она снова представлена в руководящих органах ИФЛА.
     Для меня работа в Правлении ИФЛА – новая жизнь. И я, как добросовестный профессионал и патриот своей страны, хочу чтобы мое присутствие здесь было максимально заметным.
     Помню, как мы беседовали с Вами сразу после окончания Генеральной конференции ИФЛА в Стамбуле и я говорил о том, как должно развиваться участие российских библиотекарей в этой организации. Потом беседу под заголовком «Хочу, чтобы в следующем году было сто русских докладов» опубликовали в «Библиотеке». С тех пор прошло восемь лет, а ста русских докладов как не было, так и нет. Более того, в этот раз не было ни одного. Зарубежные коллеги не раз задавали мне вопрос: «Русская делегация на конференциях ИФЛА всегда такая многочисленная, но почему же так мало остается следов ее участия – в виде документов, докладов, публикаций, каких-либо озвученнных инициатив?» Это – чрезвычайно обидный упрек.
     А между тем у нас весьма плодотворно работает Академия переподготовки работников искусств, культуры и туризма (АПРИКТ). Один из ее руководителей – Татьяна Яковлевна Кузнецова. Благодаря ее организаторским способностям и подвижничеству в стране сегодня создана уникальная система повышения квалификации библиотечных работников. АПРИКТ может на очень высоком уровне организовать курсы повышения квалификации общего плана для директоров крупнейших библиотек и для них же – конкретно по какой-либо узкой тематике (автоматизации, сохранности и пр.), а также курсы для ведущих специалистов библиотек в любой области. Мы можем осуществлять в этой академии и обучение сотрудников наиболее отставших библиотек, если они хотят стать в уровень с продвинутыми: это будет совершенно другая программа. И таких различных программ у нас уже насчитывается порядка сорока.
     – Вы хотите сказать, что этим опытом можно было бы поделиться с зарубежными коллегами на конференциях ИФЛА?
     – Именно. Когда я рассказывал американцам и англичанам, что у нас делается в данном направлении, все они говорили, что это потрясающе интересно и у них ничего подобного нет. В Америке человек окончил библиотечную школу и все: дальнейшее образование – личное дело каждого. А наши постоянные тренинги, семинары или работа по формированию информационной культуры личности (как в Кемеровской академии культуры и искусств) – все это очень ново и ценно для коллег за рубежом.
     Сегодня многие наши специалисты работают в этих и в иных направлениях достаточно продуктивно. Другое дело, с какой исходной точки мы начали движение. Трудности, которые испытывает сейчас, к примеру, начальник управления организации каталогов Н. Каспарова в Российской государственной библиотеке, ни в какое сравнение не идут с проблемами, встающими сейчас перед ее коллегами в Библиотеке Конгресса США или в Британской национальной. Там к услугам каталогизаторов – все новейшие технологии, и нормы выработки в три раза меньше, а зарплата – пять тысяч долларов в месяц. Наши специалисты – индивидуально, потенциально – все очень квалифицированные и преданные своему делу работники, но жизнь у нас другая.
     Для чего мы должны участвовать в работе ИФЛА? Для того чтобы наши профессионалы в какой-либо узкой специальности взаимодействовали с такими же профессионалами из других стран. ИФЛА – одна из самых эффективных международных организаций. И этот уровень обеспечивается силами души, ума и преданностью делу ее членов – библиотекарей.
     Я убежден: библиотекари во всем мире создают самые сплоченные сообщества, самые организованные, самые структурированные, самые динамично развивающиеся. Стало нормой, что как только в мире появляется что-то новое, библиотекари сразу берут его на вооружение. И при всем том их, во-первых, везде недооценивают, а во-вторых, всем кажется, что профессия библиотекаря легкая, не требующая серьезной подготовки, что, конечно же, неверно.
     Что такое крупная библиотека? Завод. Сложно организованное и многопрофильное предприятие с конвейерными циклами, линиями и т. п. Но у людей со стороны, в массе своей, представление о библиотеке складывается на основании личного опыта – прихода в маленькую публичку и разговора с той библиотекаршей, которая выдала им детектив.
     Библиотекари часто проигрывают в общественном мнении, и это одна из главнейших проблем, мешающих развитию нашего дела и тем самым – прогрессу человечества. Общество XXI века – информационное общество. Уже сегодня надо думать о том, чтобы, развиваясь дальше, оно постаралось избавиться от всех пороков и недостатков тех обществ, которые были до него. Добиться этого можно благодаря новым информационным технологиям, а также развитию сферы доступа к информации, который является всеобщим достоянием. Цель – создание справедливого общества знаний. И впервые за всю историю есть возможность сделать его таким. В решении этой глобальной задачи именно библиотеки могут сыграть определяющую роль, если, конечно, правильно построят работу по налаживанию общественных связей.
     Сейчас ИФЛА, как аккумулятор всего опыта достижений, ошибок и поражений, организует рабочие группы из наиболее преданных библиотечному делу специалистов – энтузиастов, глубоко переживающих наши профессиональные неудачи в работе с общественным мнением. В декабре 2003 г. состоится Всемирный саммит информационного общества. Штаб-квартира ИФЛА, все члены ее Правления и руководители секций, «круглых столов» и направлений вырабатывают для библиотекарей рекомендации: о том, как они должны действовать в период подготовки к саммиту, чтобы не остаться на обочине его будущих решений. Первоначально в документах по подготовке саммита библиотеки просто отсутствовали. А ведь печь идет об учреждениях, в которых только в нашей стране зафиксировано гигантское число посещений – миллиард в год. Это количество в три раза больше, чем то, которым могут похвастаться все другие учреждения культуры вместе взятые, и никто об этом не знает.
     ИФЛА борется за право быть представленной на Всемирном саммите по информационному обществу, используя различные международные организации. ЮНЕСКО, в частности, поддерживает ее в том, чтобы в документах саммита присутствовали и библиотеки.
     Известно, что после завершения саммита будет принята Декларация принципов информационного общества. Ее подпишут руководители всех стран мира. Она призвана оказывать колоссальное влияние на идеологию всего мира и, в частности, способна отбросить библиотеки в общественном мнении еще дальше назад, а может, наоборот, – приблизить к лидерам. Сейчас, например, в мире становится популярна идея превращения почты в киберпочту. Это значит, что в пунктах связи поставят компьютеры, подключат к ним Интернет, и точки общественного доступа к информации будут готовы. Таким видится многим решение проблемы всеобщего доступа к информации. Все это не может не вызывать протеста у библиотекарей всего мира. В самом деле, какая почта?! Ведь библиотека – это, прежде всего, библиотекарь, который специально изучал книжный и информационный рынки, всю информационную инфраструктуру, потребности пользователей и жизнь свою решил посвятить информационному обслуживанию населения. А почтальона ничему этому не учили и никогда не будут учить, но деньги огромные уже сейчас перетекают именно в сферу почтовой связи.
     – Как ИФЛА предполагает использовать Всемирный саммит?
     – ИФЛА сегодня подготовила рекомендации всем национальным библиотечным ассоциациям по поводу того, какие шаги они должны предпринять внутри своих стран. Каждая из них должна помочь своей делегации на саммите мотивировать ее действия, и все вместе обязаны выступать там как адвокаты библиотекарей. В рекомендациях подробно расписано, как члены ассоциаций должны выявлять парламентах всех политиков, которые сочувствуют библиотекарям в состоянии понять их проблемы. Выявлять и обращаться к ним письмами, встречаться и объяснят ситуацию, добиваться, чтобы все они воздействовали на министерства и правительства в необходимом нам направлении. А национальная делегация на саммит имела бы соответствующее правительственное поручение. Нужно создавать благоприятный для нас климат в газетах, которые бы, свою очередь, разъясняли обществу пагубность, потенциальную опасность для человечества, про истекающую из неправильных решений по развитию информацией ной сферы.
     – Как этот вопрос будет решаться в России?
     – Мы все – сотрудники Министерства культуры, директора крупных федеральных библиотек, журналисты – должны объединиться чтобы не допустить неверных решений в своей стране. Недавно на Камчатке состоялась конференция «Информация для всех», где обсуждалась эта проблема. Со своей стороны я стараюсь найти поддержку и в Министерстве связи, и в Министерстве печати, и в ЮНЕСКО. Как начальник отдела библиотек Министерства культуры, стремлюсь организовать взаимодействие заинтересованных структур исходя из своих возможностей, директора федеральных библиотек – В. Зайцев, В. Федоров, Е. Гениева, М. Афанасьев и другие – используют собственные возможности. Иногда они очень велики: скажем, я никогда не общаюсь президентом страны, для него я слишком маленький чиновник, и он ко мне не обратится, а к Владимиру Николаевичу Зайцеву, в его библиотеку, Президент приходил, и у них состоялась личная беседа. К Е. Гениевой также обращаются ответственные люди из властных структур и видные общественные деятели. РГБ недавно посетили председатель Государственной думы Г. Селезнев и председатель Совета Федерации С. Миронов, а в РГДБ побывали Л. Путина, В. Матвиенко.
     – Евгений Иванович, за какую сферу Вы отвечаете в Правлении ИФЛА?
     – Моя обязанность в Правлении в настоящее время – планирование ежегодных конференций (место и время их проведения, содержание, определение выступающих на секциях, «круглых столах», пленарных заседаниях, а также приглашенных докладчиков).
     – Какие возможности открывает для российских библиотекарей наше участие в ИФЛА?
     – У нас стало гораздо больше возможностей получать информацию, если есть желание быть информированными. Ведь как бывает? В РГБ и в Министерство культуры РФ приходят сотни писем с просьбой ответить на самые различные вопросы по актуальным темам профессиональной практики. А все эти темы уже рассмотрены десять лет назад во многих специальных источниках.
     Не всем отечественным библиотекарям нужно участвовать в деятельности ИФЛА, не у всех есть для этого возможности. Существует система ретрансляторов: ведущие наработки Библиотеки конгресса США, Британской библиотеки, Национальной библиотеки Франции и Национальной библиотеки Германии через какое-то время находят свое воплощение в документах ИФЛА, а последние затем переводятся и адаптируются в нашей стране. Их получают те, кому они нужны, в том числе РБА и ее секции.
     Вопрос, зачем нам нужна ИФЛА – вторичен, а первичен – зачем нам нужно участие в собственных российских библиотечных ассоциациях? Сейчас нам необходимо укреплять РБА. Она – аккумулятор опыта: экспериментальная площадка, организация, позволяющая объединить библиотекарей, упорядочить инфраструктуру прежде всего профессиональных коммуникаций. А когда эта инфраструктура упорядочена, она рождает и новый анализ ситуации, и новые проекты на благо всей страны, но прежде всего – в интересах членов ассоциации.
     Я десять лет слышу, как рядовые зарубежные библиотекари задают вопрос: что нам дает ИФЛА? Очень мудро отвечают ее руководители: «ИФЛА – это все мы; что сами мы здесь сделаем сообща, то и получится, а чего не сделаем, того и не будет». За библиотекарей ничего не создадут ни архивисты, ни музейщики, ни шахтеры, ни ЮНЕСКО, ни ООН, ни правительство, никто. XX век, а XXI тем более – не те времена, когда общество развивалось преимущественно монархически, за счет вертикальных связей: команд, направляемых сверху вниз. Это время, когда горизонтальные связи и горизонтальное взаимодействие обеспечивают максимум успеха. Сегодняшнее общество даже определяется как совокупность взаимодействующих друг с другом профессиональных сетей.
     Мы должны осознать, что в нашей стране существует острейшая проблема – колоссальный разрыв между информационно бедными и информационно богатыми; разрыв в доступе к информации и знаниям, как следствие – отсутствие информационной культуры у 90 процентов населения. То есть у большинства людей нет потребности в использовании информации, способности и умения ее находить, критически оценивать и создавать – полнотекстовую и библиографическую, доступную на бумаге и в электронном виде. В России об этом пока мало кто думает, а вот ИФЛА стучится во все организации и ко всем правительствам. К примеру, будет обращаться к тому же Всемирному саммиту информационного общества. Она объясняет свою позицию и в ЮНЕСКО, и в Международном союзе электросвязи, и во Всемирном агентстве авторских прав, и во Всемирном агентстве интеллектуальной собственности, и в Международном союзе издателей, и в Международном союзе архивов, и в Международном союзе музеев. ИФЛА чрезвычайно активна.
     – Евгений Иванович, как отнеслись Ваши близкие к Вашей новой общественной обязанности?
     – Жена – с тревогой, дети с – тщеславием.
     – А Вы сами?
     – Мне, конечно, это чрезвычайно приятно. У меня два чувства: с одной стороны – удовлетворение от признания, а с другой – озабоченность от возросшей ответственности. Но в общем-то буду продолжать дело, начатое прежде. В начале 1990-х гг. я много делал для того, чтобы вовлечь наши библиотеки в мировые интеграционные процессы. Потом, когда мы выбрали в Правление ИФЛА Е. Гениеву и у нас начала развиваться РБА, я решил, что международные дела – это, прежде всего, сфера ответственности самой профессиональной среды и руководителей библиотек, а мы в отделе библиотек Министерства культуры станем этому помогать, если к нам будут обращаться. Но осенью прошлого года коллеги попросили меня поработать в Европейской комиссии над проектом «Минерва», членом которого стала теперь и наша страна и который предполагает создание европейской сети культуры, сохранение цифрового наследия и оцифровку научного и культурного контекста.
     Уже в этом году мы снова начали уделять больше внимания (в том числе времени и денег) международным проектам, прежде всего – в рамках программы «Информация для всех».
     Поскольку на мне теперь лежит не только моральная, но и профессиональная ответственность, для более эффективного участия в этих проектах я могу сейчас использовать и административный ресурс. Прежде всего необходимо создать координационный штаб. Выявить людей, которые уже сегодня вовлечены в деятельность ИФЛА, и тех, кто хочет участвовать в этой деятельности, объединить их. Надо проанализировать, где наши позиции сильны и, напротив, – где они слабы и почему: то ли потому, что в стране нет соответствующей практики, то ли потому, что наши выдающиеся специалисты не могут ездить на конференции ИФЛА и работать в ее структурах (то есть не имеют Интернета, электронной почты, денег для того, чтобы ежегодно участвовать в двух-трех заседаниях Постоянного комитета). Всю эту работу надо вести постоянно, и сейчас мы выделяем на нее средства. Но сначала необходимо обеспечить условия деятельности координационного штаба: его члены должны хотя бы иметь возможность приезжать в Москву в тот момент, когда он будет заседать. Кроме того, нужен координатор, который бы получал за свою деятельность зарплату от Министерства культуры РФ, потому что это огромный дополнительный труд. РГБ и РНБ первыми предложили мне свою помощь.
     Молю Бога, чтобы у нас хватило сил и времени все это выполнить.
     – Спасибо за беседу. Редакция журнала желает Вам осуществления всех Ваших планов.

Интервью провела В. Крахотина

 Вверх


главная библиотекам читателям мир библиотек infolook виртуальная справка читальный зал
новости библиоnet форум конкурсы биржа труда регистрация поиск по порталу


О портале | Карта портала | Почта: info@library.ru

При полном или частичном использовании материалов
активная ссылка на портал LIBRARY.RU обязательна

 
  Rambler's Top100
© АНО «Институт информационных инициатив»
© Российская государственная библиотека для молодежи